Барханка лежала еще в густом предутреннем сумраке, когда лошади неторопливой трусцой перевалили через Старый Бугор. Ни один огонек не проводил путницу. Дивно: полсела проскрипели сани, гулко разносился топот копыт, но не одна собака не залаяла. Видно, даже собаки с голоду не брешут.

Сани швыряло на подмерзшей, уже изъеденной весенним солнцем дороге, погромыхивали бастрыки, вилы. Закутанная в старый пуховый платок женщина, сидевшая в передних розвальнях, тревожно поглядывала в празднично чистое перед рассветом небо: день обещал быть теплым, даже жарким не по-весеннему. А тогда жди с часу на час выйдет из берегов Илек, забурлит Большой Ерик, зальет луга…

Женщина понукала Сивку, раньше легкого на ногу коня. Следом тащился Дубок – крупный гнедой со звездочкой во лбу конь, неторопливый, вроде ленивый, но безотказный в работе, как мужик-хлебороб. Нет не могли лошади бежать сейчас резвее: овса они давно уж не видели, а последнюю неделю кормились остатками ржаной соломы да объедками сена, которые бережно собирала всю зиму их хозяйка. Вот и решилась конюх Ксюша, как ласково все звали эту женщину, поехать в луга, собрать сена в остатках ометов. Отговаривали подруги: «Вот-вот пойдет Ерик, утонешь». Но рисковая женщина Ксюша. Да и скотину жалко. Спасать надо…

Отгоняя тревогу, думала Ксюша о Михаиле: «Как ему там?…» Шел к концу четвертый год войны, минуло уже два года, как она получила похоронку, а думала о нем, как о живом. «Ваш муж Воронов Михаил погиб…» Нет, нет! Разве может он погибнуть, если она его так ждет!

И, мечтая о встрече с мужем после войны, тихо сейчас улыбалась: «Вот глупая! Родила ему шестерых детей, а люблю как девчонка».

Уже хорошо рассвело, когда показался Большой Ерик. Этот овраг и был самым опасным местом на ее пути. Весной в нем вода идет таким бурным потоком, что нечего и думать переправиться.

Сивка смело пошел в тихо шелестящую воду, не покрывшуюся за ночь даже корочкой льда. Воды было немного. Это успокоило Ксюшу: «Успею, проскочу».

Найдя километрах в двух за Ериком остаток омета, обрадовалась: «Добрых два возка наберу». Распрягла коней, набросала сена посвежей: ешьте, работники.

Споро Ксюша взялась за дело, раскидала снег и принялась накладывать воз: «На Дубка – побольше. Сильный, чертяка, потянет». Спрессованное сено поддавалось туго: приходилось дергать крючком, потом кидать вилами. «Ничего, дело привычное, - подумала Ксения и горько усмехнулась: - Ничего себе, привычное, тут бы двум дюжим мужикам справиться.

Пока накидала первый воз и увязала его, солнце уже поднялось. Стало жарко. По лугам лишь отдельными кулигами виднелся снег, да грязно-серой лентой вилась дорога. Сугроб, наметенный около омета, пропадал на глазах.

Тяжело поднимая вилы, Ксюша стала бросать сено на вторые сани. Но сил уже не оставалось, хотелось есть. Она присела на сено, развязала узелок, съела три картофелины с голубиное яйцо и кусок жмыха. Просяную лепешку оставила детям. Привезу, скажу: «Лиса прислала, - и, смахнув украдкой слезу, будет смотреть как они с жадной радостью съедают свои кусочки. А потом, пригорнув их к себе, споет им песню. И любили-то ее все за песни, которые она умела петь в любую годину.

Уже солнце повернуло за полдень. Вдруг Ксюша увидела: к ней скачет верховой. Узнала старого объездчика Елисея.

- Ты что же, Ксюша, погибнуть хочешь? Смотри, по лугам вода пошла, Илек вышел из берегов, а Ерик-то бурлит! Сваливай сено, скачи скорей, - и поскакал в сторону фермы Горелой.

Упало сердце Ксюши. Как же без сена? Чем кормить лошадей? А как без корма корова – надежда семьи?

Быстро увязав возок, запрягла лошадей и давай понукать. Отдохнувшие и подкормившиеся кони, будто заразившись тревогой хозяйки, рвали сани по раскисшей дороге. Но уже за полкилометра до Ерика луг и дорога скрылись под водой.

Ксения забралась на возок. Сивка осторожно нащупывал дорогу. Чем ближе к оврагу, тем сильнее шум воды. У края оврага Сивка уперся и – ни шага вперед. Конь не из робких, он не решался шагнуть в бурлящий поток.

«Утоплю лошадей, - подумала Ксюша. – Надо сбросить сено». Но вспомнив, что корова уже еле встает, а детишки ждут, как божьего дара, молочка, она решила: «Переплывем. Овраг-то сажен пятнадцать. У Сивки воз легкий, а Дубок – сильный, перетянет».

Решительно спрыгнула в воду, взяла коня под уздцы, потянула.

- Но-о, Сивушка, но-о, милый! – просяще протянула она.

Конь переминался с ноги на ногу, испуганно всхрапывал, оседал на задние ноги. Но вдруг рывком дернул воз. От неожиданности Ксения упала на спину в воду, забарахталась, пытаясь подняться и не находя ногами опоры. Ее подхватило потоком. А Сивка прыжками, едва доставая копытами дно, рвался через поток, как-то дико, по-человечески, вскрикивая. Барахтаясь в сразу отяжелевшей одежде, Ксюша почувствовала, как надавил на нее, развернутый течением, воз и ее потянуло под плывущие сани. Она судорожно цеплялась за сено, толкаясь ногами. Но опоры не было. Она с головой окунулась в воду, чувствуя, что уже нет сил бороться.

Вдруг почувствовала проскользнувший над ней полоз, рванулась вверх. В руке оказался конец веревки, которой увязывала сено…

Сколько она пролежала, не помнит. Очнулась Ксюша от прикосновения к лицу чего-то мягкого и теплого. Открыла глаза. Дубок ощупывал ее лицо бархатными губами и будто говорил: «Вставай. Куда же мы без тебя?»

Едва поднялась Ксения. Вылила из валенок воду, чуть выкрутила фуфайку, юбку и шаль. Пошла к Сивке. Он стоял на коленях и мелко дрожал. Ксюша потянула его за повод, он не встал. Почти уже ничего не соображая, вернулась к Дубку, прижалась к его морде. С трудом потащил Дубок мокрый воз по дороге, на которой почти не осталось снега. Ксения ухватилась сзади за бастрык и, едва переступая, поплелась следом. Услышала, как рванулся следом Сивка…

Помнила ли она, как добралась до Барханки? Лицом больно ткнулась в сено. Она подняла голову: захрустела ставшая колом одежда. Было уже совсем темно. Послышался стук открываемых ворот, голоса. Ее схватила подруга и соседка Катя.

- Ксюша, милая, живая? Околела-то вся, горемычная, – запричитала она. Старшие дочери с плачем прижимались к матери.

Ксюша с трудом разжала окаменевшие губы:

- Ничего... Ничего. Выживем. Не на фронте ведь.











Прочитать автобиографический очерк >>

Перейти к контактам

Кто сделал этот сайт?


Посещаемость


Советуем так же посетить